Ты когда-нибудь задумывался, как сны попадают в твою подушку? Нет, они не просто вырастают там из перьев. Каждую ночь, когда солнце ныряет за горизонт, а небо становится густым и чернильным, из-за серебряного диска Луны выезжает Небесный Трамвай. Он сделан из полированной меди и прозрачного кристалла, а колеса его бегут по сверкающим рельсам из звездного света. Чих-пах, тук-тук, вш-ш-шух! Этот трамвай везет в своих бидонах самое драгоценное сокровище во Вселенной — свежие, ароматные сновидения.
В Индиговом Туманности живет девочка по имени Нова. У нее волосы — настоящий кусок ночного неба, в которых самовольно перемещаются созвездия. Повернет она голову — и Большая Медведица переплывает к правому уху! Её платье сшито из полночного бархата, и когда она идет, кажется, что мириады звезд танцуют в его складках. Нова — не просто звездная девочка, она Хранительница Ночи. И у неё есть лучший друг, робот по имени Гирбокс. Он похож на медный чайник с длинными руками-манипуляторами и говорит исключительно свистом и мелодичным пиликаньем. Пииип-фьють! — это значит «Доброе утро», а Тррр-бип! — «Кажется, у нас проблемы».
В тот вечер Нова сидела на краю кометы и болтала ногами в невесомости, поджидая привычное «Клац-клац, вш-ш-шух!». Но в небе повисла странная, липкая тишина. Трамвай не приехал. Он застрял на мосту из звездной пыли прямо над Великим Океаном Снов.
— Ты слышишь это, Гирбокс? — прошептала Нова, и её серебряные веснушки тревожно мигнули. — Тишина. Это значит, что дети на Земле сейчас ворочаются в своих кроватках и не могут догнать ни одной сказки.
Гирбокс испустил печальный «Уиии-оу» и мгновенно активировал свои реактивные ботинки. Пуф! Друзья устремились к застывшему Трамваю. Когда они добрались, то увидели печальное зрелище: огромный Сердечный Двигатель трамвая, который обычно светился теплым золотом, оброс чем-то серым и мохнатым. Это были Сажные Спрайты — маленькие, ворчливые тучки дурных снов. Они забили Фильтр Сновидений своими липкими лапками, и мотор обиженно заглох.
— Ой-ой, — сказала Нова, заглядывая внутрь кабины. — Тут работа не на один час.
Гирбокс смело бросился в гущу механизмов. Его шестеренки крутились, он пытался оттолкнуть Спрайтов, но те только хихикали и липли к его медным бокам. Вскоре бедный робот сам стал похож на пыльную подушку. Его суставы жалобно заскрипели — хрусть, дзынь! — и он замер, не в силах сдвинуться с места.
— П-п-пиии... — жалобно выдавил Гирбокс. Его яркие глаза потускнели.
Нова подлетела к другу и мягко коснулась его манипулятора. — Тише, мой железный рыцарь. Даже самым сильным роботам бывает страшно, когда задача кажется слишком большой. Давай делать это вместе. Помнишь правило звезд? Сначала — свет, потом — порядок.
Нова достала из своей сумочки на поясе щепотку звездной пыли и дунула на Гирбокса. Фью-ю-ють! Пыль засияла, и Сажные Спрайты, которые терпеть не могли чистоту и свет, с недовольным «Пфф!» начали осыпаться вниз, тая в холодном космосе. Робот снова засиял и радостно щелкнул клешней.
Теперь настало время самой тонкой работы. Нова достала Лунный Ключ и баночку со смазкой из света звезды Вега. Нужно было настроить Световые Клапаны. Знаешь, как это делается? Это похоже на настройку пианино, только вместо звуков ты настраиваешь сияние.
— Давай, Гирбокс, держи вот этот рычаг, — командовала Нова. — А я буду петь песню Созвездий.
Она запела — тихо, мелодично, как колыбельная мамы. От звуков её голоса Сердечный Двигатель начал вибрировать. Сначала это было похоже на мурлыканье кота: хррр-ммм. Потом на рокот далекого грома: бум-румм! И наконец, мотор вспыхнул ослепительным радужным светом.
— Вру-у-умм-х-х-х-ммм! — запел Трамвай.
Колеса крутанулись, высекая снопы искр, которые тут же превращались в падающие звезды. Гирбокс от радости исполнил победный танец, звеня всеми своими пружинками. Бум-бип-бам! Сверкающие канистры с жидким лунным светом двинулись по конвейеру, и первые сны — о полетах, о волшебных лесах и о вкусном мороженом — понеслись к Земле.
Нова и Гирбокс не стали сразу улетать. Они забрались на крышу Трамвая, которая была теплой от работающего двигателя, и поехали вместе с ним. Под ними проплывали темные континенты и спящие города. Нова видела, как в окнах домов зажигается мягкий, спокойный свет — это души детей ловили свои добрые истории.
— Знаешь, Гирбокс, — сказала Нова, поправляя свою лунную корону, — даже звездам иногда нужен ремонт и доброе слово. И друг, который подаст ключ в нужный момент.
Гирбокс согласно кивнул, выпустив маленькое облачко пара в форме сердца. Пип-фью. «Ты мой лучший свет», — означало это на языке роботов.
И вот так, под мерный стук колес «Клац-клац, вш-ш-шух!», по всему миру наступила самая тихая и добрая ночь. А если ты сейчас прислушаешься, то, может быть, тоже услышишь далекое-далекое эхо этого трамвая. Спи сладко. Всё работает как надо.